(no subject)
Apr. 2nd, 2022 04:17 pmРепортаж Елены Костюченко из Одессы. Я не знаю, зачем она сейчас едет обратно в Россию - ее же там убьют, как минимум надолго посадят.
О положении русскоязычных в Украине (подписываюсь под каждым словом, как человек с аналогичной ситуацией и стопроцентно русскоязычной семьей в Киеве):
Я коренной одессит. Родился в Одессе. Разговариваю с вами на чистом русском языке. Но за язык здесь никто никогда не ущемлял. Я розмовляю чудовою украиньской мовою. Я люблю два языка, но больше я люблю свой украинский язык, потому что это язык моего государства. Но я вырос в русскоговорящей семье и говорю на русском языке. И здесь никто никогда не ущемлял права русскоязычного населения. Никто и никогда. Я как-то жил в Российской Федерации, в Сибири — там к украинцам относились хуже, чем мы здесь относимся к русским. Вам говорят, у нас бандеровцы? Я им не був, теперь вже стал.
О пожаре в Доме профсоюзов (там много, и это только одна из версий, но пусть будет):
Рядом с военкоматом, в глубине парка «Куликово поле» темнеет мокрый Дом профсоюзов. 2 мая 2014 года — то, что упоминал Путин в своей речи, оправдывая войну. 2 мая 2014 года в Одессе произошли вооруженные столкновения футбольных фанатов, сторонников «Евромайдана» и «Антимайдана». Люди, выступающие против Майдана, отступили с палаточного лагеря на «Куликовом поле» в Дом профсоюзов, который был подожжен коктейлями Молотова. Всего в тот день в Одессе погибли 48 человек.
Борис Яворский — эксперт Одесского бюро судебно-медицинской экспертизы. Он знал трех из погибших и исследовал все тела. Вместе с журналисткой «Украинской жизни» Таисией Найденко он много лет расследовал произошедшее в тот день. Борис и Таисия придерживаются противоположных политических взглядов — «мы уравновешиваем друг друга хорошо».
— Я сам чуть на Донбасс не пошел воевать после такого, — говорит Борис. — Как с моей точки зрения, история 2 мая стала одной из тех ключевых точек, которые поспособствовали пожару в Донецком регионе. Много моих знакомых после Одессы поехали добровольцами на Донбасс. И вот после этого там полноценно полыхнуло.
...Из нападающих в здание никто не заходил. В здание невозможно было зайти. В здании было немеряно выживших — выжили почти все, кто не оказался вблизи лестничного пролета и не стал прыгать из окон. Наиболее разумная часть людей потихоньку поднималась наверх, они сконцентрировались на крыше здания, где были впоследствии приняты ментами.
А потом в фейсбуке появились сообщения, что все погибшие в Доме профсоюзов — это боевики из России и Приднестровья. И все украинские издания и большая часть российских это перепостили как факт. Но я как эксперт видел документы. Из погибших было всего двое иногородних: один из Николаевской области, другой — из Винницкой. Все остальные — жители Одессы и Одесской области. Но эта ложь запустило совершенно чудовищную реакцию — началось глумление. Это было совершенно отвратительно. И даже не сами события, а вот эти глумления и стали для очень многих украинцев поводом к пониманию того, что это уже не разногласия в видении будущего, это уже ненависть и вражда, это уже желание смерти друг друга. Это уже вышло за пределы идеологического противостояния и стало противостоянием смертельным.
О положении русскоязычных в Украине (подписываюсь под каждым словом, как человек с аналогичной ситуацией и стопроцентно русскоязычной семьей в Киеве):
Я коренной одессит. Родился в Одессе. Разговариваю с вами на чистом русском языке. Но за язык здесь никто никогда не ущемлял. Я розмовляю чудовою украиньской мовою. Я люблю два языка, но больше я люблю свой украинский язык, потому что это язык моего государства. Но я вырос в русскоговорящей семье и говорю на русском языке. И здесь никто никогда не ущемлял права русскоязычного населения. Никто и никогда. Я как-то жил в Российской Федерации, в Сибири — там к украинцам относились хуже, чем мы здесь относимся к русским. Вам говорят, у нас бандеровцы? Я им не був, теперь вже стал.
О пожаре в Доме профсоюзов (там много, и это только одна из версий, но пусть будет):
Рядом с военкоматом, в глубине парка «Куликово поле» темнеет мокрый Дом профсоюзов. 2 мая 2014 года — то, что упоминал Путин в своей речи, оправдывая войну. 2 мая 2014 года в Одессе произошли вооруженные столкновения футбольных фанатов, сторонников «Евромайдана» и «Антимайдана». Люди, выступающие против Майдана, отступили с палаточного лагеря на «Куликовом поле» в Дом профсоюзов, который был подожжен коктейлями Молотова. Всего в тот день в Одессе погибли 48 человек.
Борис Яворский — эксперт Одесского бюро судебно-медицинской экспертизы. Он знал трех из погибших и исследовал все тела. Вместе с журналисткой «Украинской жизни» Таисией Найденко он много лет расследовал произошедшее в тот день. Борис и Таисия придерживаются противоположных политических взглядов — «мы уравновешиваем друг друга хорошо».
— Я сам чуть на Донбасс не пошел воевать после такого, — говорит Борис. — Как с моей точки зрения, история 2 мая стала одной из тех ключевых точек, которые поспособствовали пожару в Донецком регионе. Много моих знакомых после Одессы поехали добровольцами на Донбасс. И вот после этого там полноценно полыхнуло.
...Из нападающих в здание никто не заходил. В здание невозможно было зайти. В здании было немеряно выживших — выжили почти все, кто не оказался вблизи лестничного пролета и не стал прыгать из окон. Наиболее разумная часть людей потихоньку поднималась наверх, они сконцентрировались на крыше здания, где были впоследствии приняты ментами.
А потом в фейсбуке появились сообщения, что все погибшие в Доме профсоюзов — это боевики из России и Приднестровья. И все украинские издания и большая часть российских это перепостили как факт. Но я как эксперт видел документы. Из погибших было всего двое иногородних: один из Николаевской области, другой — из Винницкой. Все остальные — жители Одессы и Одесской области. Но эта ложь запустило совершенно чудовищную реакцию — началось глумление. Это было совершенно отвратительно. И даже не сами события, а вот эти глумления и стали для очень многих украинцев поводом к пониманию того, что это уже не разногласия в видении будущего, это уже ненависть и вражда, это уже желание смерти друг друга. Это уже вышло за пределы идеологического противостояния и стало противостоянием смертельным.
no subject
Date: 2022-04-02 04:39 pm (UTC)no subject
Date: 2022-04-03 08:39 pm (UTC)